January 8th, 2019

Сельхозстатистика Фрицморгена

Возьмём цифры из ЛитГазеты от 11 мая 1977 года, приведённые у Фритцморгена. "В личных подсобных хозяйствах - 18% общесоюзного стада овец, 18% свиней, 22% крупного рогатого скота, из которых 33% коров; 79% коз". Верю ли я этим цифрам?

Считается, что в Казахстане условия для содержания личного подсобного хозяйства были лучше, чем в РСФСР (я не знаю, так ли это, но об этом только самый ленивый русский националист не писал). Так вот, по моему личному опыту безоговорочно верю в цифру про коз. Собственно, козы были только у частников, вообще не знаю ни одной государственной "козофермы".

33% коров могу поверить. В наших краях государственных коровоферм тоже не было, все коровы были исключительно частные. Более того, государство какое-то время покупало молоко у частников. Причём расплачивалось чаем и почему-то яйцами. Хотя кур у нас держали, но мало. Думаю, потому что пусть и с перебоями, но яйца в магазинах были. Когда их не было, покупали у соседей. Но в целом с яйцами проблем не было. Это я всё говорю про время около 1977 года, потому что ясно, что в разные годы было по-разному.

Про свиней ничего не знаю, а вот про овец не могу поверить. Правда, тут может быть дело в том, что наш край был именно овцеводческий, т.е. было очень много совхозных и колхозных овец. И самое главное, официальная статистика здесь абсолютно недостоверна. Количество овец в совхозных и колхозных стадах никогда (НИКОГДА) не отражалось достоверно в данных, посылаемых в область. Брали какую-то цифру, которую писали в отчётах из года в год, приписывали к этой цифре от пяти до десяти процентов приплода, причём сколько писать согласовывали между собой в том плане, кому премию в этом году выписывать. Реальное же количество овец было больше, чем в официальных цифрах. Опять же, оценить насколько больше очень трудно. Но все "уважаемые люди" не утруждали себя уходом за своими овцами, а держали их в совхозных и колхозных отарах. Так что реальные объемы уж точно на многие десятки процентов различались с официальными данными, если вообще не в разы.

Как можно верить советской статистике?

Удачливость и личный опыт

Думаю, каждый согласится, что иногда человека может посетить предчувствие удачи. Вот, важно знать, что за этим стоит. В принципе это чувство можно трактовать по-разному. Одна крайность - что это совершенно субъективное чувство, никак не связанное с тем, что произойдёт реально. Другая крайность - это некое божество даёт тебе сигнал: всё получится! и всё обязательно получится.

Попробую быть настолько рациональным, насколько смогу.

Сразу же скажу, что я уверен - удачливость связана с умением распознавать свой личный опыт, вопреки всем другим выученным знаниям. Человека с детства обучают определённому набору навыков. Эти колодки превращают потом человека в полного раба обобществлённых знаний. Такого человека удача никогда не коснётся, он будет "успешен" без всякой удачи, вместе с обществом (если же общество потонет, то потонет и он). Если человек суёт вам в нос авторитеты, Толстого ли или Баха, неважно, это раб своего ярма. Мы же будем говорить о свободном человеке, а не о неудачниках.

Обобществлённое знание неразрывно связано с передаваемостью этого знания. Передавать же можно только знания о том, что 1) в прошлом, и, не менее важно, 2) о чём-то постоянном или повторяющемся. Удача же связана с неведанным, будущим и уникальным. Никто не может научить вас удаче. Единственный источник знания об удаче - это личный опыт. Если человек говорит вам - читайте книги, черпайте знания и т.д., это раб, который хочет, чтобы вы тоже были рабом, которого никогда не коснётся Фортуна. Если же вы свободный человек, то вы и без внешних соплей знаете, что читать и что черпать.

Если, допустим, читая что-то вы чувствуете что-то воодушевляющее, получаете ощущение озарения, никогда (НИКОГДА) попытка вербализации этого явления не будет распознаванием личного опыта. И даже стремление пережить это вновь совсем не то, что следует делать, если вы хотите обрести знание о личном опыте. Тут важно ощущение субъективной огромной важности переживания и немедленное понимание единичности и никогданеповторимости этого явления. Вот это вот ощущение "никогда не повторимости", вневременности, есть лучший признак познания личного опыта. Ощущение того, что "сигнал" от личного опыта перекрыл шум обобществлённого.

Ощущение предстоящей удачи имеет именно это свойство.

Удача это нечто не то что редкое, а вообще единичное, уникальное, неповторимое. Наши обобществлённые знания на данный момент связаны с наукой. Наука ничего не знает про единичное и уникальное. Самое большее, что умеет наукоцентрированное знание - это говорить о случайных вещах. Причём это не знание, а измерение. В терминах теории вероятности.

Отдельный интересный вопрос, а как вообще можно говорить о личном опыте? Вот допустим, я аппелирую к вашему личному опыту и, допустим, нахожу отклик. Есть ли это доказательство передачи знания о существовании невербализуемого личного опыта? (Надо помнить, что вербализация возможна только для явлений повторяемых, временнЫх)

Испытанный способ передачи опыта такого рода - это через отрицание. Перечисление того, чем личный опыт не является. Есть, видимо, и другие испытанные способы, как удары дубиной по головам нерадивых монахов, например. Может быть есть ещё и какие другие способы, которые сами находятся в зоне личного невербализуемого опыта, и тем не менее действуют.

Вот как всегда - пока писал, уже всё позабыл...